Опубликован комментарий председателя Коллегии Адвокатов РМЭ «Тезис» - Уховой Оксаны Михайловны в «Адвокатской газете».
25 ноября Верховный Суд вынес Кассационное определение по делу № 41-КАД22-14-К4, которым перенес иск о компенсации морального вреда в рамки административного судопроизводства.
Суд указал, что поскольку требование о компенсации морального вреда или требование о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в СИЗО предъявляется с целью получения конкретной суммы, то используется один способ защиты в споре, вытекающем из публичных отношений между гражданином и государством.
Оксана Михайловна полагает, что спор в меньшей степени касается вопроса соблюдения срока на подачу кассационной жалобы, а является суждением Верховного Суда о разграничении сферы регулирования гражданского и административного судопроизводства и обязанности суда, рассматривающего спор, четко определиться с предметом заявленного требования.
«В этой части структура самого определения Верховного Суда представляется несколько путаной, так как в его описательной части содержится изложение хронологии принятия решения судом первой инстанции, определения апелляционной инстанции, присутствия (неприсутствия) истца в судебных заседаниях, дат вынесения резолютивной и мотивировочной частей апелляционного определения, оценки действий истца, направленных на соблюдение срока на подачу кассационной жалобы, хотя поводом для удовлетворения жалобы Верховным Судом является нарушение судами, рассматривавшими спор, правил о применимом судопроизводстве и фактическое указание Верховного Суда на тот факт, что дело необходимо рассматривать по КАС, а не ГПК, как это было сделано судами. При этом все изложенные в описательной части определения ВС обстоятельства фактически не имеют значения для оценки доводов кассационной жалобы», – посчитала адвокат.
По мнению Оксаны Михайловны, ответ на вопрос о том, что является предметом судебной защиты в административном судопроизводстве, не всегда является очевидным, и в рассматриваемом случае суды явно ошиблись. Причиной ошибки, по ее предположению, стала избранная истцом формулировка требования – компенсация морального вреда, несмотря на то что обстоятельства спора и его стороны прямо говорили о том, что спор лежит в сфере публичных правоотношений, хотя и неразрывно связанных с гражданскими правами конкретного лица. «Понятно, что основным «лекарством» от подобных случаев является высокий профессионализм судей, рассматривающих спор. Можно было бы предположить, что подобные ситуации исчезнут, если будет прямое указание закона об отнесении тех или иных категорий дел к предмету регулирования определенного кодекса, однако ограничительное перечисление всех административных дел в тексте закона неизбежно приведет либо к искусственному сужению круга дел, подлежащих рассмотрению по правилам КАС РФ (а следовательно, и к ограничению прав граждан в спорах с властью), либо к необходимости заново формировать теорию и практику разграничения вновь возникающих (что неизбежно) споров», – указала адвокат.